Уралец в Канаде пришел поглазеть на демонстрацию, а попал в тюрьму

В понедельник, 28 июня, в Торонто завершился международный саммит «Группы Двадцати» - G 20. Бывший уралец Виталий невольно оказался втянутым в ряды антиглобалистов, к которым он до этого дня не имел никакого отношения. Сегодня мы публикуем воспоминания Виталия. Брали по одномуЯ посмотрел по телевизору «в реальном времени» протесты во время G20, услышал про многотысячную демонстрацию на улице Йонг, и мне захотелось самому там побывать. Я иногда в город выбираюсь на прогулки и здесь тоже решил съездить и поглядеть своими глазами. Пошел я с севера, с перекрестка улиц Блур и Йонг на юг. По дороге смотрел по сторонам - много витрин побито. Такой разгул очень необычен для Канады. В конце улицы, в районе Кинг, увидел протестующих. Люди вышли на Йонг из боковой улицы, и пошли по ней на юг. При этом полиция перекрыла выходы на некоторые боковые улицы и путь на север.

Я решил обойти их по дворам. Недолго продвигался и потом вышел на небольшую улицу Эспланад, в районе отеля «Новотель», куда также свернули и протестующие. Мне стало интересно, и я встал недалеко от них. Любопытно было понять, чего же они хотят. Люди что-то скандировали, и подчеркивали, что это миролюбивая демонстрация. Издалека сложно было разобрать, долетали только отдельные обрывки фраз. Вдруг вижу, с одной стороны человек десять полицейских с дубинками подходят, не дают идти дальше по этой улице и направляют людей обратно к митингующим. То есть, как бы присоединяют прохожих к числу демонстрантов.

Через какое то время со стороны Йонг послышался какой то шум, это цепочка полицейских растянулась поперек улицы, стучали дубинками по щитам и также направилась в сторону митингующих. Я понял, что уже поздно куда-либо выбираться. Полицейские заблокировали улицу с обеих сторон, и всех, кто внутрь попал, видимо, запланировали брать в плен. В какой-то момент оба фронта полицейских сжались с обеих сторон, согнали демонстрантов на одну сторону дороги. Они заходили быстро по 4 человека в толпу и выдергивали демонстрантов по одному – для ареста. Иногда их волокли, иногда брали за руки и тащили спиной вперед.

Никто их протестующих не сопротивлялся, полицейские выглядели более агрессивными. Процедура ареста не быстрая - им надо было на каждого человека оформить бумаги, сфотографировать, обыскать и сложить найденное в специальный пакет, который потом путешествовал отдельно от хозяина. Всей остальной толпе приходилось ждать, никаких туалетов не было, но многие хотели бы ими воспользоваться. Женщины-самые опасные преступникиКогда меня «взяли», первым делом надели пластиковые наручники, руки завернули за спину. Потом стали оформлять бумаги, спрашивать. Вне зависимости от ответов все люди рассматривались по обвинению в нарушении общественного порядка - в соответствии с новым законом, который был принят незадолго до саммита и который облегчал взятие под арест. Потом посадили в такую неприметную машину - низкий грузовичек с надпистью «Сourt service».

Сидишь там, как в БТР, потолок низкий, так что голову высоко не поднимешь. Там мы уже были в металлических наручниках. Проехали метров 200, полицейские нас пересадили из этих машин в автобус, тоже для перевозки заключенных. Девушки сидели на местах, огороженных со всех сторон решетками – по-видимому, для особо опасных преступников. Привезли нас в полицейский участок - огромное помещение киностудии. Там они построили много клеток, каждая где-то 3 на 6 метров. В углу каждой туалет без двери, одна скамья – пять человек может усесться.

Пол бетонный. Утрамбовали нас в такую клетку 40 человек, металлические наручники сменили пластиковыми. У половины наших их не затянули, и руки можно было высвободить. Одним из таких счастливчиков стал я. В других клетках люди сидели все время с этими наручниками, а у нас кто-то через несколько часов нашел в кармане зажигалку. С ее помощью мы сняли наручники тем, у кого они были затянуты. Горячий расплавленный пластик попадал на руки, но люди мужественно терпели. 23 часа на воде и соевом сыреПрактически никакого сервиса не было.

Например, чтобы попить, нужно было долго просить об этом охранника. А пить жуть как хотелось. За все время моего ареста воду приносили раз пять. Еще два раза какой-то сок, но я его не пил. На завтрак, обед и ужин давали маленькую булочку с тонким ломтиком соевого сыра. Незаконно задержанные люди часто скандировали, требуя воды, шумели, трясли сетку.

Это напоминало какой-то концлагерь. У многих людей сняли обувь. Мол, такой обувью можно причинить вред окружающим или, не дай бог, сбежать.

Практически со всех поснимали ремни. Руками в наручниках надо было еще и штаны поддерживать. Звонить никому не давали. Родственники и друзья оставалась в неведении. У нас в камере был парень, которому 16 лет. Полицейские об этом знали, но тем не менее он с нами отсидел часов 12. После многочисленных жалоб, требований и шума, часов через 10 часть людей из нашей клетки переместили в другую.

Нас осталось 21 человек. Это как раз самое максимальное количество людей, которые могут разместиться лежа на полу. Я сам на бетонный пол не ложился. У меня есть проблемы с позвоночником, боялся его застудить.

Поэтому не спал. Девушки содержались в таких же условиях. Единственное послабление, которое для них сделали – сняли наручники раньше, чем мужчинам. Под конец пребывания в тюрьме всем желающим выдали дополнительные носки и майки оранжевого цвета.

С момента окружения до момента выхода из тюрьмы прошло 23 часа. Но эти часы показались для меня адом. Еще раз - и реальный срокВ течение дня нам говорили, что потребуется время для того, чтобы рассмотреть дело каждого, и решить, отпустить задержанного или отдать под суд. За арестантами приходили раз в 10 минут, уводили по одному, так же как несколько часов назад по одному выдергивали из толпы. Если бы так и продолжалось всех нас освободили бы не раньше, чем через трое суток. Часто процесс прерывался, поскольку полицейские были заняты поселением новых партий антиглобалистов. Но чем хороши канадские законы – по ним нельзя держать человека в заключении больше 24 часов без предъявления обвинений. И вот часа за три до этого срока полицейские начали отпускать людей.

Открывали клетки, выводили задержанных и проводили вдоль всего корпуса. По всей длине коридора стояли такие же клетки, как наша, и все они были заполнены людьми. Вместе с агрессивной молодежью сидели добропорядочные отцы семейств, офисные клерки и пенсионеры. На выходе мне и моим товарищам по несчастью зачитали официальное предупреждение – если нас еще раз поймают протестующими во время саммитов, упекут за решетку надолго. В конце коридора полицейский быстро просмотрел мое дело и дал добро на выход. похоже, этот учасок был специально построен для G20, и судя по всему после саммита будет разобран.

Там стоят яркие лампы, свет с улицы не проникает и непонятно, что там снаружи – день или ночь. Немного об авторе: Каменских Виталий, жил в Екатеринбурге, работал до отъезда в Канаду в компании "Хост". Живет и работает в Торонто уже 12 лет (уехал туда в 1998 г. аккурат перед дефолтом). Работает программистом. Имеет дом, перевез в Торонто своих родителей, они тоже трудятся - не хотят быть на его иждивении.